Дизайнер безумных историй.

Долгими зимними вечерами собирались деревенские мужички в «Красном уголке». Кто в карты перекидывался, кто в домино играл, а кто и на шахматы замахивался. Бубнило политикой радио. Мужики порционно выкладывали последние новости, озвучивали планы на день грядущий. Пахло алкоголем, чесноком и копчёным салом. Под потолком вальяжно плавало облако табачного дыма. Я, совсем ещё молодой, только что после училища, тоже иногда участвовал в таких посиделках.
Хлопнула калитка, послышались неспешные шаги по свежевыпавшему снегу и характерный кашель.
— Всё, мужика, баста! Отворяй форточки, Яшка «трещотка» шагает. Сейчас баснями кормить начнёт, — проворчал бригадир тракторного парка, суровый мужчина, противник пустых разговоров.
Дядя Яша, прозванный «трещоткой», был известным человеком в деревне. Вся его знаменитость заключалась в том, что он мог часами рассказывать всякие истории, выдумывая их по ходу разговора. Рассказы были пёстрыми: от любовных историй до фантастики, ужастиков и детективов. На любой вкус. Зависело от того, в какое русло беседа завернёт.
— Сейчас я его вопросам завалю, чтобы он растерялся да потерялся, — усмехнулся бригадир. И не успел в комнату войти дядя Яша, как тут же получил вопрос. — Как дела, трещотка?
— Пасмурно, — лаконично ответил дядя Яша.
— Как здоровье?
— Временами и местами.
— Ты в порядке?
— Да, в случайном.
Мгновенные ответы заставили смутиться бригадира, отступить, чем и вызвали широкие улыбки на лицах мужиков.
Дядя Яша скинул фуфайку, погладил густую бороду, огляделся. Заметив меня, взглядом подозвал разыграть партию в шахматы. Я с радостью принял вызов.
— А пока играем, я расскажу тебе удивительную историю любви, — сказал дядя Яша.
— А надо? — я почему-то поддался всеобщему настроению, хотя его истории мне всегда нравились.
— Необходимо, — дядя Яша не обиделся. — Так говорит мой внутренний голос. А я всегда прислушиваюсь к себе. Хороший человек ерунды не посоветует. — Лукавая улыбка озарила его лицо.

С тех пор промчалось тридцать лет. Огромный кусок жизни. Совхоза давно нет, от «Красного уголка» остался только фундамент, заросший густой полынью. Деревня опустела. Старики умирают, молодёжь разлетается, улицы зияют мрачными пустотами.
Нежданно-негаданно во мне пробудилось дикое желание к литературному творчеству. Прямо, потребность какая-то. Открываю компьютер, и пальцы машинально набирают текст: «Дизайнер безумных историй. (Серия рассказов)». Грустная улыбка утонула в бороде. Память вытащила из своих недр яркую картинку.
— Ну, ты и пи…бол, Яков Спиридонович! — бригадир тогда был в плохом расположении духа.
На что дядя Яша ответил с улыбкой:
— Я не пи…бол. Я – дизайнер оху…ных историй!