Поэзия

  Подарите мне лето с плывущими вдаль облаками, Бесконечное поле, в котором колышется лён, И палитру лугов, где играют ветра с васильками, И ольховую речку, в которую с детства влюблён. Подарите мне дождь, отшумевший то громче, то тише, Подарите зарю, что горит ранним утром вдали, Суету голубей на дощатой чернеющей […]

Как же часто я влюблялся Без ответа, просто так. Вдохновеньем упивался Без прелюдий, натощак. Я не спал, страдал, томился, Писал все ночи напролёт. Без остатка растворился. Сердце до сих пор скребёт. А сейчас я слишком старый, Чтоб познать прилив любви. Переливы струн гитары Не тревожат пыл души. От времён былых

Ночь, тишина. Я один на один С душевной болью невыносимой. А пламя свечи неудержимо Заставляет рыдать парафин. И он слёзы роняет в блокнот, Где мысли отчаяньем дышат. И бродит тень по афише, На которой грустит Дон Кихот. Да, герои нынче не в моде. Зачерствели людские сердца. Лихолетью не видно конца

  Барабанит дождь в стекло, Вестник непогоды. Ускользает с ним тепло, Охлаждая годы. И склоняется ветла Под солярий водный. Смыт последний штрих тепла, Стуже неугодный. А недюжие ветра, Века пустозвоны В глубь сакральную двора Гонят лист зелёный. Не дано ему гореть В пламени заката. Колокольцами звенеть В вешние раскаты. У

  Молчала кукушка в лесной полосе, Ей снились июньские сны, И травы купались в прохладной росе. … Ещё до войны. Шумели порой при луне камыши От всплеска озёрной волны, Плакучие ивы шептались в тиши. … Ещё до войны. А ночь уходила туда, за моря, И не было в этом вины.

Глубины чувств потоком смелым Я направляю в адрес ваш, Несёт собой немую страсть И облачает вдохновенно Ваш стан, ваш трепетный сюжет Покроет теплотою неги И строки кожи белоснежной Прочтёт изысканный куплет. Мне б птицею в окне парящей К вашей весне лететь манящей, Рука влюблённого Амура Судьбой портьеру отомкнёт, Впорхнуть к

Ночь, бессонница, фонарь Светит ярко мне в окошко. В бокале плещется вискарь Да мочёная морошка. Я читаю свой роман И с грустинкой улыбаюсь: Тут ошибка, тут изъян, Тут во времени теряюсь. Придётся заново писать, Призывая вдохновенье. И снова зрение «сажать», Но без капли сожаленья. Рассвет, бессонница, фонарь Уже не светит,

Мне не хватает мудрости Пережить все трудности. Мне не хватает смелости Сделать шаг вперёд. Сбылось его пророчество, Гложет одиночество, Плод моей беспечности, Пустошь подчеркнёт. Не жду я уж хорошего. Пережитки прошлого В мрачных мемуарах Ищу на всё ответ. Давно душа изношена Ненастьем уничтожена. И близко на радарах Просвета даже нет.

  Снова в снежном обрамленьи Встала вешняя заря. По слепому невезенью Дни вернулись декабря. Снова ветры спозаранку Гнут седые дерева, Ледяную лихоманку Принесла зимы молва. О неясном завтра, смуте, О несбыточном вчера, Об утраченном уюте Стародавнего двора. Не питали чтоб иллюзий В ожиданьи манн небес Валит снег в Москве и

    Бело-розовый букет Хризантем принёс ты в вечер, Заслонив собою свет. Загасив дыханьем свечи. Где ты был, в каких краях, И за что такая милость? Потоптался ты в дверях, И сказал, тебе я снилась. Ну так что же, в чём секрет? Снилась я когда-то многим. Сколько зим и сколько

Как хорошо и тихо В утреннем саду. Солнечные блики Светят сквозь листву. Падают на землю Зыбким бликом форм. Время катит мерно, Загоняя в сон. Ароматы кружат Голову мою. Рябь бежит по лужам, Еж нырнул в нору. Хорошо и мирно, Пока спит человек. Гармоничен, зримый, И чуден этот век.

Христос воскрес… во славу мира, Во славу божию земли. Огонь священный эликсиром Разлился в солнечной дали. И потекли лучи златые По весям мрака вечной тьмы, Вселяя жизнь в сердца простые, Надежду в души и умы. И окрылённый чудом ветер В лазури яростной небес Благую весть понёс планете: Христос воскрес! Христос

Когда выйду я в поле чистое, Где шмели да пчелы жужжат, Где дышать так легко, где душистый Полевых цветов аромат, Где от солнышка льется яркий свет, Чибис серый сидит в траве … Где душе легко, и на свете нет Сторонушки краше нигде, Запоет душа разудалая О земле родной, о Руси

Двадцать, двадцать четыре – Год високосный наступил. Я один в пустой квартире, Видно, сильно нагрешил. Плачут свечи, льются слёзы, За окном шумит пурга. Это я включил морозы, Это я – сама Беда.

Есть только лишь один, кто не предаст. В беде Он не оставит, не осудит. Однажды жизнь отдал Свою за нас, И упрекать теперь за то не будет. Иисус для мира все уже свершил — Безвинный Сам взошел на крест Голгофы. Там грех и ад навеки победил — Воскрес и смерти

  Кто любит тепло, кто вьюгу, Наш выбор похож на веер. Есть птицы, летящие к югу, А есть, что летят на Север. Случаен ли выбор этот, Сумеем понять едва ли, Кому-то у моря лето, Кому-то в бескрайних далях. Одним без любви романы И нега в объятьях сладких, Другим по душе

Тихо растворилась хмель В объятьях матушки-природы. Меня уж утомил апрель Своей капризной непогодой. То солнце яростно печёт, Пыль поднимая по округе. То снег летит, то дождь идёт. И так по замкнутому кругу. В свои родимые края Голося, вернулись птицы. Костры горят, поёт заря, И подросткам вновь не спится. И я,

Метель утихла, захлебнулась. Напоследок огрызнулась И умчалась вдоль села. Вновь густая ночь пришла. Зажигает космос звёзды, И луна бесстыжей гостьей В окна пристально глядит. Чайник на плите свистит. На столе – хлеб и варенье. Жду приятных сновидений, Чтобы в мире ярких грёз Отдохнуть от горьких слёз. Забыть про боль и

  С улыбкой мартовской кота Рассветной яркой ранью Дневная мчалась суета Навстречу мирозданью. Стрелой натянута струна, Поветрий вешних гонка, Но неотступна мысль одна, Что рвётся там, где тонко. Сойдут чернённые снега, От них так мало прока, И разойдутся берега Вселенского потока. И оборваться может нить, Связующая леты. Для разучившихся любить

Вот и вечер ломает устои, Что днём так выстраивал я. Теперь лежу и корчусь от боли. Тело болит, да ноет душа. За окном опять непогода, Снег и дождь, и резвится метель. Ревёт в трубе дымохода В дверь барабанит шрапнель. Темнота только жуть нагоняет, Одиночество втрое страшней. Кто-то скребётся, кто-то вздыхает.

День вальяжно протекает, Как солёная карамель. В углу красном восседает Одна сплошная канитель. Из пустого да в порожнюю Катят мысли и дела. На душе опять тревожно, Снова гложет суета. Вхолостую барабанят, Результаты – на нуле. Грёзы разум лишь дурманят, Нанося огромный вред. Но упрямство побеждает, Поглощая кислород. И с надеждой

  Вновь склонилась мама нежно, Словно молодая ве́рба. Я твой слабенький подснежник, Что спешит увидеть небо. Ты так трепетно обнимешь, Защищая от ненастья. Тучи хмурые подвинешь, Приближая звезду счастья. Помоги мне стать на ноги, Будь всегда со мною рядом. Пусть молитву слышат Боги… Душу грей лучистым взглядом. Вдруг задремлешь у

  Девочки как девочки — Это чьи-то дочки. На их нежных стебельках Затаились почки. Девушки как девушки — Выросли листочки, Распустили юные Косы-лепесточки. Женщины как женщины — Солнечные дамы. Расцвели, даря тепло, Молодые мамы. Бабушки как бабушки — Гроздья винограда. Зреют-спеют ягоды. Внуки — их награда. Бабушки и мамочки —

Ты знаешь, мам, сегодня мне опять Подумалось: схожу-ка я к тебе. Хотел цветов любимых я нарвать, А вспомнил — ты теперь лишь в синем сне. Сидишь на кухне, свет горит, тепло, Пирожные на блюдце, тонкий чай. И на душе так тихо и светло, Как в детстве, когда шепчешь: «Засыпай». Я

О, Делия! Прикрой свой взгляд манящий, Терзающий пылающи сердца, И упованья глаз всегда смотрящих Отринь, чтоб не смотрели на тебя. Твоей лишь милости и томного движенья Мечтающий с тревогой в сердце ждёт, Увидит и душою всей замрёт В напрасных думах вожделенья. Ты будто нимфа в прохладной неге рощи Манящим станом

Проснуться бы от быта повседневного И устремить свой взгляд за синеву Небесной глади, улыбнуться неуверенно Блуждающему дню. Что он несёт своим предназначением, Пугающей стремительной волной, Быть может счастья задуманным явлением Иль смертный бой? Понять сего значенья невозможно, Пока ты очарован жизни сном, Ведь бурею явленья грянут грозно – Стращающей борьбой.