Полночь. Город. Вокзал. Пристают к пассажирам цыганки,
И парнишка косит хитрым взглядом на мой чемодан.
А я снова хочу до безумства на берег Сызганки,
Посидеть у ольхи, поддаваясь на свой же обман.
Время, словно палач, в клочья рвёт мою душу нагайкой.
Я прощу ему всё, мне бы воздуха только глоток,
Постоять на горе, под которой родная Тумайка
В речку Инзу несёт нескончаемый водный поток.
Невозможно забыть посиделки гурьбой до рассвета,
Там далёкий сверчок беспокойно трещал под мостом.
Нам казалось тогда бесконечным цветастое лето,
И не думал никто, что придётся расстаться потом.
Мы гуляли в лугах и играючи падали в клевер,
А девчонки шептались, поверив в свои миражи.
… Я не еду домой, я опять уезжаю на Север,
Где гуляет пурга, и сиянье по небу бежит.