Поэзия

Шубой шустро шебурша, Шарик шарится. Шершав Шерсти шёлк. Шатром штаны. Шея шаткой ширины. Шоппером шевелит – шиш! Шавка шамкает: “Шалишь…” Шурик шикнул: “Шарик, шмонь! Шагом, шагом, …, шелупонь!”

Ветхую шерсть кристаллами Ветер по-свойски выдубил. Вот и зима настала, блин! Верная смерть на выгуле. Вкусных сосисок кружево Впалый живот насилует. Вдоль продуктовых кружатся Взгляды, по-волчьи стылые. Встретить весну-бессонницу Вряд ли уже надеются. В рай попадут – помоются. В ад попадут – погреются.

Апрель. А как дела у нас в апреле? Аллеи вновь зазеленели? Алмазной россыпью капель? Ажур Аморфных снежных пут растаял? А солнце тёплыми перстами Азартно машет с верхотур? Ан нет! Агрессия зимы безмерна. А мы надеемся, наверно. А снег летит, летит в ответ… Апрель.

Пригласили на фест. Ехать или не ехать? Тянут силы недуг с крохоборством аптек. Не во имя наград и не ради утехи Собираю рюкзак. Ну, такой человек.Не могу отказать? Нет, пожалуй, не это. Оторваться от мрачной рутины войны? Прикоснуться к берёзовым тайнам рассвета? Да… Но плюшки круиза не так уж важны.Просто

Атмосферный давит столб С каждым днём всё крепче, Нет уж сил в восторгах толп Бросить в небо чепчик. В тёмном небе молоко Забродило жижей, Люди – где-то далеко, Звёзды стали ближе. Верно, падает оно – Небо на землицу, Я грешу уже давно, Срок остановиться. Ведь покаяться пора Мне бы утром

Разрешите пройти в ваш дом? Натощак бы чайку хлебнуть… Абсолютно уверен в том – Человек человеку –  суть. Человек человеку – брат, Даже если тот брат в беде, Неудачлив и небогат, И во лбу без семи пядЕй. Ну, так что? Я пройду? Мерси! Точит холодом злая ночь, Искусало ценой такси,

Листья кружАтся осами, Вот и отпело лето, ЛИТЕРАТУРА осени Жёлтые льёт куплеты. Держит морозов просини Столб на ухабе хлипкий, МУЗЫКА этой осени В проводе плачет скрипкой, Инея гладит проседи, Треском камина дышит ФИЗИКА этой осени Определённо тише. Тёплым ковром озимые Пали на твердь  устало Осени этой ХИМИЯ Неорганичной стала. Снова

Я ведь любил тебя… в памяти выжженной – Сладкие дни… Было иль не было – общая хижина, Окон огни. В дальнем углу неустроенной комнаты Вязь паука, «Это к добру», – прошептала мне томно ты Издалека. В холоде льдинок искали сближение – Да, видно, зря, Может, несчастные, может, блаженные, Порознь паря.

Так хочется вернуться в точку «А», Не заходя на незнакомый круг, Где сжатые ещё молчат слова И спит непринуждённый демиург. Где мир ещё един – и он один, И умещён на детскую ладонь, Ещё недвижна каторжность седин, И угасанье не постиг огонь. Протанцевать меж струнами дождя, Туда, где жизнь ещё

Окочурился зодиак, Вымиранием род облизан, Мы живём на планете так, Словно больше не будет жизен. Оглушённых, слепых, немых Гонит бес за краюхой хлеба, Лет отжатых стекает жмых На кровавую площадь неба, В рукотворные рвы голгоф Кто там левой шаги чеканит? – Кто придумал живых богов – В оправданье кривых деяний.

Здравствуй, друг! Мы опять на связи. Как у нас тут? Живём сполна! Лезет серость из грязи в князи… …Ну, а в целом идёт война. Рестораны гудят, как улей, Бани, сауны, блуд без сна… Вы товарища помянули? …Понимаю, идёт война. На дорогах всё круче тачки, На экране – сплошной разврат. Прилетело

Мы видели не на картинках  как жжётся земля врагом, Я – через проём окна, ты – в дальний прицел. Для наших несписанных жизней здесь крепостью стал мой дом, Ты молишься у стены: «Спасибо, что цел». И если за тьмой горизонта при старой ещё Луне Отпустит в кредит Господь удачи и

В нескончаемых раундах жизненных драк, Чередою грехов ворошим, У меня под ребром вырос маленький рак, Впрочем, став очень скоро большим. И под гору булыжник сизифов катя, Рака алчную сущность храня, Я кормил и поил его, словно дитя, Пока он не стал кушать меня… Мне сказал неуверенно лечащий врач, Нанося на

Гром на небе грянет, Рак три раза свистнет, И любовь нагрянет, Что прождал полжизни.   Будет утро, вечер, Или день ненастный, Всё равно я встречусь С самою прекрасной.   Самою любимой, Милой и пригожей, И неповторимой, Даже нет похожей.   Обниму, целуя, Закружу в объятьях, Так устал родную Столько долго

Говорят, всё пройдёт, время раны залечит. Не стереть только память в веках никогда. Подвиг ваш будем чтить мы в сердцах своих вечно. И геройский ваш труд будем помнить всегда.   Вы сражались с врагом, жизнь за нас отдавая. Не жалея себя. Всё – за Родину Мать. И с друзьями последним

Зимний вечер вновь на город опустился. Ветер бархатный по улицам витает. Я по-новому опять в тебя влюбился, И любовь из рук своих не выпускает.   Это чувство так загадочно волнует. От любви трепещет сердце, что есть мочи. Я по-новому опять тебя целую. И по-новому ласкаю среди ночи.   Для меня

Лёгкий и пушистый белый снег На ресницы падает твои. Дорогой и славный человек Мне сказал сегодня о любви.   Звёзды нам светили с высоты Всеми переливами лучей. И такой небесной красоты Я не видел тысячи ночей.   Вдоль дорог мерцали фонари И качались, на ветру скрипя. И до самой утренней

Возле Братских могил тишина и покой. Спят России сыны, как один – все герои! Подойди, поклонись и немного постой, Они о́тдали жизнь, чтоб мы жили с тобою.   Перед ними мы все в неоплатном долгу. Наша память хранит дорогие нам лица. А за озером там, на другом берегу Полыхают теперь

Я тебе привезу из карельского края Опьяняющий душу багульник хмельной, Свежесть здешних ветров из таёжного рая. И цветов соберу на опушке лесной.   Я тебе привезу гроздья красной рябины, Пусть согреют твой дом огоньком теплоты И сверкают в ночи, в свете звёзд, как рубины В ожерелье листвы золотой красоты.  

Где бы ты ни бывал, где бы ты ни скитался, Непременно сюда возвращаешься вновь. Где родился и рос, и безумно влюблялся, Где родная земля и родительский кров.   Где церквей купола упираются все небо, И карельской тайги бесконечная гладь. Где озёра глядят в поднебесную небыль, Глыбы скал расписных, что рукой

Не забывайте ветеранов, Героев тех далёких лет. Пусть времена залечат раны И всех морщин расправят след.   Пусть ратных дней лихое бремя Лишь в памяти людей живёт, Тревожит душу поколеньям Из мая в май, из года в год.   А мужество бойцов и стойкость – Пример достойный молодым. За мир,

Я любовь мою ждал давно. И она появилась вдруг. Значит это судьбой дано. Здравствуй, милый и нежный друг!   Обнимал её в впопыхах, Аж у самых входных дверей. И кружил её на руках Потому, что был счастлив с ней.   Обустроим семейный круг. Одному как-то не с руки. Будем слушать

Остановиться, оглянуться и посмотреть со стороны, Как ветер мира заметает следы различной глубины. Остановиться, оглянуться и вещь простую вдруг понять, Что человека измеряет – желание его обнять. Остановиться, оглянуться, успеть ребёнка поддержать, Сказать любимому, как важно сегодня, завтра и опять Остановиться, оглянуться… 2013

Как безотрывно смотришь ты: Глаза твои полны печали… Как много утекло воды, А мы удачливей не стали… И жизнь испытывала нас, Бывало, даже ежечасно, Но мы храбрились всякий раз, Уверовав, что жизнь – прекрасна! Всевышний наделил сполна: Кому – любви, кому – разлуки, Мне – горя горького до дна, Но

Не люблю в тебе, Омск, не люблю: И панельную серость твою, И дороги в колдобинах вечных, И машин, норовящих по встречной, И бараков в рабочих посёлках В камышовых заросших метёлках. Город, город! Погостов кресты Говорят, что был крепостью ты. Колокольный я слышу укор – То вздыхает Никольский собор Об утерянном,

За столом поёт песню сладкую, Утирая слезу украдкою, Мужем битая, часто клятая, Разве только детьми богатая Да работой с рассвета до ночи. Никогда не ждущая помощи. Мне никем она не доводится, Только вижу в ней Богородицу, Что с иконы глядит в нас смиренно С тихой нежностью неизменной. Поклонюсь тебе, баба